Войти Регистрация

Войти в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создать аккаунт

Поля, отмеченные звездочкой (*) обязательны.
Настоящее имя *
Логин *
Пароль *
Повторите пароль *
Email *
Повторите email *
Капча *
Reload Captcha

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

ТАУСЕНЬ.

Овсень (авсень, баусень, таусень, усень) — один из трех типов величально-поздравительных песен (два других — колядка, виноградье) магического характера, исполняемых во время святочного обходного обряда колядования.
Свое название этот тип песен получил по рефренному восклицанию «Овсень!», повторяющемуся после каждой строки.
Когда исполнялись: отмечается приуроченность овсеней к кануну Нового года.
Территория исполнения: в Поволжье, средних и южных районах Тверской, Ярославской, Владимирской губерний, в районах вокруг Москвы, Нижнего Новгорода, Рязани, в Оренбургской и местами в Курской и Воронежской губерниях.

Характерные черты Авсеня, как праздника – группы ряженых, совершающих обход деревни или села от дома к дому. «Когда кликали авсень, наряжались как можно смешнее: надевали лапти, намазывали лицо
сажей, выворачивали шубу, надевали маски. На плечо вешали корзинку, в корзинку – древесную золу. Когда заходили в дом, где хозяева вымыли пол, плясали и зола высыпалась» ( с. Санское). «Рядились в бабкины наряды – на юбки навешивали от пивных бутылок железки, большинство масок не носили, но некоторые делали маски из бумаги. Мужики бабами
рядились и наоборот» (д. Ванчур). Главной задачей ряжений было «чтобы не узнали»:
авсенщики меняли голоса, изменяли походку. Кликать авсень могли все, независимо от пола и возраста, но сохранились ещё воспоминания, что в старину ходили кликать в разное время разновозрастные группы: с утра - дети, а к вечеру уже взрослые.
В настоящее время большинство древних текстов авсеней уже забыто – остались только фрагменты, где авсенщики выпрашивают подояние:
Не дадите пирога – мы корову за рога,
Не дадите хлеба – стащим с печки деда…
В старину же песни-авсени были длинными, «долгими» и содержали много интересных сюжетов, позволяющих взглянуть на духовный мир наших предков, как, например, в Ирицах.

Как во поле, поле
Сосенка стояла, зелена, кудрява…
Ехали бояры - сосенку срубали,-
Ой, Авсень, ой, Авсень –
Сосенку срубали…
А на кой срубали? –
Мостик помостили…
Ой, Авсень, ой, Авсень –
Мостик помостили…
А на кой эт мостик? –
Дрова возить…
А на кой эти дрова? –
Пиво варить…
Ой, Авсень, ой, Авсень –
Пиво варить…
А на кой эт пиво? –
Ивана жанить…
Ой, Авсень, ой, Авсень –
Ивана жанить…
Ой, Авсень, ой, Авсень –
Какой ты тяжелый:
Тебе везть – не довезть,
Тебе несть – не донесть…

Этот «Авсень» – пожелание крестьянину в грядущем году женить сына. Исполнялся он детьми. А вот в том же селе взрослые девушки пели «Авсень» величального характера:

Я хожу, я хожу
По заулацкам, по проулацкам.
Я ищу, я ищу всё Иванов двор…
А Иван-государь он уехал на базар,
Купил звёздоцку на макушецку…
В селе Санское в авсеньках также присутствует пожелание женить сына и выдать замуж дочь:
Авсень, Авсень,
Это чей костёр?
Это Иванов костёр:
Им пиво варить,
Им Алешку жанить,
Им пиво пировать,
Машку замуж отдавать…

«Костёр», «дров костёр» встречающийся в авсенях ещё в ряде сёл – это костёр, на котором варили пиво для будущей свадьбы.
Большинство исследователей отмечают, что на Рязанщине авсеньки называли ещё и «таусеньками». В Куземкино бездетной семье пели особую» таусеньку» - « Золотую бороду»:

Таусень!
У дедушки золотая борода!
Таусень!
Позолоченный усок!
Таусень!!
Порублю волосок!

В селе Ерахтур в 1923 году была записана такая « таусенька»:

Мы зашли, мы зашли посредь Москвы – Таусень!
Посредь Москвы ворота красны – Таусень!
Столбы точеные, позолоченные – Таусень!
У Матюшкиных на дворе стоит дров костёр – Таусень!
- Ах, зачем эти дрова? – Нам пиво варить – Таусень!
Нам пиво варить и Василия жанить – Таусень!
А невесту-то брать у соседа на дворе – Таусень!

В этом же селе существовал и другой вариант « таусенек»:

Мы зашли, мы зашли на Ивашкин двор,
На Ивашкином дворе красна девица живёть…
Таусень! Моститя-ка мостик…
Таусень! Кому по нём ехать?
Таусень! Василию Федоровичу…
Таусень! Зачем ему ехать?
Таусень! За красной девицай!

В начале ХХ века в селе Свинчус краеведом Грушиным Е.Ф. был записан такой текст «таусеня»:

Таусень! Таусень! – Мы ходили гулять.
Таусень! Таусень! – По святым вечерам.
Таусень! Таусень! – К отцу-дьякону зашли.
Таусень! Таусень! – Иво дома нет.
Таусень! Таусень! – Он уехал у поля.
Таусень! Таусень! – Пашаницку сеять.
Таусень! Таусень! – Зароди ему Бог
Таусень! Таусень! – Из полу зерна – пирог,
Таусень! Таусень! – А из цельнава – хлеб…
Авсень! Авсень! – Кишки да жалудки
Авсень! Авсень! – У пецы сидели
Авсень! Авсень! – У кошель глядели.
Авсень! Авсень! – Давай ножку совсем!

Обратите внимание на следующую особенность: пока шло описание будущего урожая, в качестве запева повторялось слово «таусень». Как только речь пошла о необходимом подаянии – в запеве зазвучало «авсень». Получается, что «авсень» и «таусень» - два разных слова, имеющих, вероятнее всего, и разный смысл.
Часто в «авсеньках» встречается сюжет строительства моста. Вот, например, как описывается это событие в юштинском варианте:

Авсень! Авсень!
Вставай ране-позаране,
Умывайся белей,
Бери топоры,
Иди у боры,
Руби сосны, коли доски –
Мости мосты…
Кому по ним ездить? –
Василию Шандру.
С чем ему ездить? –
С рожью-пашаницей,
С овсом и гречихой!

Иногда строителями моста выступают бояре:

Бай Авсень, бай Авсень!
До Нового года!
Ехали бояре – сосенку сломали,
Мостик взгромоздили,
Гвоздями прибивали…

В других вариантах строителями моста выступают гости:

Авсень, Авсень – Новый год!
Вставайтя вы, гости,
Моститя вы мостик…
Кому по мосту ходить?
Василию вечеру – да!
Чаму ему искать?
Кишки да жалудки – да!
Телетячьи ножки
Сидять у окошки…

Получается, что хотя строят мост самые разные строители, но ходить (ездить) предстоит Василию Шадру (он же – Василий Щедрый), - тот самый святой Василий, в канун дня которого и отмечается «Авсень». Христианский святой полностью заменяет древнее божество – Авсеня - со всеми его атрибутами. Ритуальные песенки рисуют образ древнего божества иногда очень странным:

Кому по мосту-то ехать? – Таусень!
Василию Шадру – Таусень!
На чем ему ехать? – Таусень!
На сивой-то свинке – Таусень!
Чем погоняти? – Таусень!
Кишкой да желудкой – Таусень!

В семидесятых годах Х1Х века в селе Свинчус был записан «Авсень», где Василий Шадрий не просто ездит «на сивой савянине», но и погоняет её «золотым поросенком, золотым ребенком» (см.: Гильтербрандт М. Село Свинчус Рязанск. губ. Касимовск. уезда Известия имп. РГО., СПБ, 1875, т. 11, вып 5)
Согласитесь, вырисовывается уже совсем удивительная картина: по мосту верхом на сивой свинье едет Авсень – Василий Щедрый и погоняет свинью (или вепря?) золотым поросенком. Да и мост не простой: это мост, связывающий прошлое и будущее, мост времени, тот самый зачарованный Калинов мост между явью и миром духов, тридевятым царством, мост, на котором сражаются богатыри.
В некоторых авсеньках встречаются и другие мифологические персонажи. Так в с.Салаур песенной экспедицией Российского географического общества был записан такой авсень:

Авсень! Авсень! Уж ты, заюшко!
Авсень! Авсень! Уж ты серенький!
Авсень! Авсень! По пожарищу скакал!
Авсень! Авсень! Рожки – ножки припалил!
Авсень! Авсень! Припади к земле!
Авсень! Авсень! Ты послушай-ко!
Авсень! Авсень! Что на небе стучит!
Авсень! Авсень! Медведицу ведут!
Авсень! Авсень! Рогатина тупа!
Авсень! Авсень! Матрёна разбой!

Если учесть, что этот авсень кликали для старухи, которая, по мнению сельчан, зажилась на этом свете (т.е. попросту ей желали смерти), то возникает вопрос: что же это за заяц с рогами? Вообще в русском фольклоре заяц – предвестник несчастья, смерти. Отголоском древних мифов о рогатом зайце является рассказ из с. Березово о повальном море. «Стали умирать люди в селе, один за одним, а мальчонка решил посмотреть, как за людьми смерть приходит. Вышел в полночь – смотрит, скачет большой серый заяц, ростом с телёнка, глаза огненные, а на голове – рога, как у козла. Мальчонка испугался, закричал благим матом – заяц и исчез… Прибежал мальчонка домой, рассказал бабушке, что видал, а она и говорит: - это ты сам повальный мор видел и напугал» Ещё один персонаж наших авсеней - коза. В начале ХХ века в д. Полтавка и
д. Павловка «авсень» закликали так:

Авсень! Авсень! – На повете коза,
Авсень! Авсень! – Переломлена нога,
Авсень! Авсень! – Кто её переломил?
Авсень! Авсень! – Боярский сын.
Авсень! Авсень! – На что он переломил?
Авсень! Авсень! – Она сено поела,
Авсень! Авсень! – И сама околела.

В селе Рубецкое главным героем « авсеньки» был козел:

Тавсень, тавсень! –
Как у бабушки козел
Тавсень, тавсень!-
Он под лавочкой сидел.
Тавсень, тавсень!-
Мякинку поедал.
Тавсень, тавсень!-
Молодичку поймал.
Тавсень, тавсень!-
Молодичка молода
Тавсень, тавсень!-
За водичкою пошла…

В деревне Ванчур в прошлом даже кликать авсень ходили «…с козлиной головой: приделывали на нашесть и эту голову сжигають» ( д. Ванчур).
Ещё существовали в нашей местности ритуальные песенки, которые и не авсени вроде бы. Одной из таких песенок была «Плуга». Кликанье «Плуги» осуждалось московскими церковными властями еще в ХУ11 веке, когда её исполняли не только на Васильев вечер, но и накануне Крещения. В двадцатые годы ХХ века «Плугу» кликали в Полтавке, Павловке и ряде других мест:

Плуга, Плуга, ты, где была?
Плуга, Плуга – коней берегла.
Плуга, Плуга, и где кони? – За воротами стоят.
Плуга, Плуга, и где ворота? – Водой залиты.
Плуга, Плуга, и где вода? – Быки попили.
Плуга, Плуга, и где быки? – В тростник ушли.
Плуга, Плуга, и где тростник? – Девки выломали.
Плуга, Плуга, и где девки? – Замуж вышли.
Плуга, Плуга, и где мужья? – Мужья померли,
Плуга, Плуга, и где гробы? - Черви расточили.
Плуга, Плуга, и где черви? – гуси выклевали…

Кто такая Плуга о которой говорится в закличке? Некоторые исследователи считают, что это богиня посевов (Бычков А.А.) , другие – видят в имени Плуга название созвездия, появлявшегося в небе России зимой и по форме напоминавшего плуг (Тульцева Л.А. Рязанский месяцеслов, Р., 2001 г., с.57)
Еще одна закличка, не менее древняя, сохранилась в с. Тырново:

Ширым – пырым!
Дайте чушку с жиром!
Не дадите чушку-
Мы стащим телушку.
Не дадите пирога –
Мы быка за рога.
Быки пёстрые, рога вострые!
У в овраг пихнем,
Помялом приткнем.
Мы ширяли, мы пыряли –
Все на чушку собирали.

«Чушка» - это особый пирог с мясной начинкой, которым одаривали авсенщиков.
Вообще их одаривали самой разнообразной снедью. Так в с. Дубровка это были «свинки» - пироги из ржаной муки с картофельной начинкой, в с. Березово – пышки «витушки», в с.Юшта, по воспоминаниям М.Н.Кусачкиной, в старину пекли пышки в виде петушков. В Ванчуре угощали авсенщиков блинами, конфетами и пирогами и, конечно, свиными ножками. Свиные (реже бараньи или телячьи) ножки были не только излюбленным и традиционным угощением авсенщиков и новогоднего стола, - из мелких фаланговых косточек в Ерахтуре, например, делали «таусеньки» для игры, напоминающей городки. В других местах косточками играли как шашками, а в с. Инякино и д. Ванчур из них делали «бурчалки» - особые музыкальные инструменты. Собранное вместе съестное авсенщиками либо делилось, либо поедалось на совместной трапезе: «набяруть сумочку, хто пышку даст, хто ножку, блины давали – сядуть – и ядять авсени» (д. Ванчур).
В русской традиции во все Святки принято гадать. Самая яркая гадательная пора, по мнению шиловских крестьян, начиналась с Васильева вечера. О гаданиях можно говорить много и долго: гадали малые и старые, гадали на урожай, и на замужество… В с. Березово, например, на ночь ставили в снег полешки, соответственно количеству живущих в семье. Утром смотрели: чьё полешко упадёт, тот в этот год умереть должен. В ряде мест (Юшта, Санское, Борок) гадали на священной книге – Библии. Но более всего было девичьих гаданий на любовь да замужество. «На стол кладуть пашано, деньги, ставять зеркало, воду. Пускають курицу и глядять, что она первое клюнет: воду – дак пьяница будеть, деньги али пашано – богатай, зеркало – форсистый» (с. Юшта). «Ходили в овечий закут , овцов ловить. Пойдёшь, нашупаешь – да клок шерсти и вырвешь. Домой бегешь – какой там белай, аль чернай – дык такой жаних и будеть» (с. Тырново). «На Святках выйдешь на улицу-то, в сад пройдешь – в одной рубахе. Зябко. К яблоне подойдешь, кору откусишь – и за пазуху сплюнешь: «Суженый, ряженый, приди ко мне яблочко исть», - и бягом домой … Он-та и приснится» (с.Тырново).
Одним из наиболее страшных гаданий было гадание с зеркалами. Снявши нательный крест и убрав из Красного угла иконы, гадающая ставила одно или два зеркала, зажигала свечи и всматривалась в темную поверхность стекла. Через некоторое время там показывался человек, его нужно было рассмотреть внимательно, однако не допускать, чтобы он подошел близко: следовало набросить платок на зеркало, или перевернуть его, иначе гадающая рисковала остаться на всю жизнь покалеченной – бытовало мнение, что нечистый дух, явившийся в образе суженого, мог ударить или даже убить…
На помощь в определении будущего привлекался и домовой: в Шилово гадающая, сняв чулок, должна была опустить ногу в подпол. Если домовой прикасался к ноге когтисто, «шаршаво», то это к худу, если же ласково поглаживал ногу («как мехом») это сулило добро.
В Дубровке ходили «за перекресток»: ближе к полуночи выходили на перекресток с полотьей .
На перекрестке бросали в нее немного снега, приговаривая:

Вею, вею ветерок,
Вею в полюшке снежок…
Где стукнеть, вяхнеть-
Там мой женишок…

После чего скорее ложились на снег и слушали, «где че слышно» .
Не совсем обычным и редким для нашего края было подблюдное гадание. Собравшись вечером в чьей-либо избе, девушки складывали на блюдо колечки, серьги – т.е. любой мелкий предмет. Блюдо закрывалось платком и ведущая по одному доставала с закрытого блюда вещи. При этом девушки пели специальную подблюдную песню, каждый куплет которой сулил какое-либо определенное событие. К сожалению, в Шилово удалось записать только несколько куплетов:

Хлебу да соли долог век –
Слава!
Барышне нашей боле того –
Слава!
Кому мы спели – тому добро,
Кому вынется – тому сбудется,
Кому сбудется – не минуется,
Слава!
(куплет сулит благополучие)
Скачет груздочек по ельничку,
Ищет груздочек беляночку:
Не груздочек скачет – боярский сын,
Не белянку ищет – боярышню.
(гадающую ожидает свадьба)
Заинька-повитаинька,
Повитай, повитай –
На чужу сторонушку,
К горькому осинничку.
(куплет сулит разлуку)

Творились на Святках, особенно на Новогодье, и более серьезные обряды. В селе Борок девушки «набрав лукошко снега, выбирали пустое место и волокли по этому месту, по снегу, суковатую палку – как бы пахали. Затем одна рассевала снег из лукошко, при этом пели:

Сею, вею, рассеваю снежок,
Уродися, уродися, уродися ленок.
Тонок, долог, головит-головист.
Сею, вею, рассевая росу
На девью, на девью,
На девичью косу…

После этого каждая бросалась в снег, чтобы спиной упасть. Считалось, что от этого лён будет большой, а девки - приглядней

Источник: Гаврилов А.Н.Народный календарь Шиловского края.Шилово,2004 год

https://vk.com/pokonroda

 

zFUwjZDD 8Y

Мы Вконтакте

Друзья сайта

Антивирус 360 Total Security Premium

Фаза Луны